Большинство путешественников начитает форматировать свою матрицу восприятия Беларуси с концентрированной Гродненщины, потом спускается на Полесье и, проехав вдоль Припяти, обращает взор на восток. Где нет замков, а количество костелов сокращается в разы.
И выясняется, что замки все-таки есть. Вернее были. И от них даже что-то сохранилось, а один носит красивое название и является доминантой ряда экспедиций выходного дня, если путь лежит в сторону Орши.
Рассказываем про неспешный маршрут в границах Оршанского и Сенненского районов — едем в Смольяны и Пламя.
Смольяны и Белый Ковель
Когда начинаешь поездки по Беларуси — быстро выясняется, что остановиться будет невероятно сложно. Великая глобальная сеть ускорила каталогизацию культурных объектов и сейчас можно найти сотни подробных фотоотчетов. Но буквально каждый отрезок вживую пройденного пути приносит тебе открытия и новые откровения.
Так, о судьбе небольшой деревушки Смольяны на берегу реки Дерновки можно писать отдельную книгу. Расположившись на перекрестке стратегически важных путей она много раз меняла хозяев, сгорала в пожарах войн и возрождалась снова.
Сохранилось от этой бурной жизни не много, но всяко более, чем в большинстве населенных пунктов такого размера. Четыре столпа Смольян, ради которых сюда стоит приехать, это костел Девы Марии (2-я половина XVIII в.), Свято-Алексеевская церковь (1864 г.), деревянная Спасо-Преображенская церковь (1710 г.,1809 г.) и замок Сангушко «Белый Ковель» (начало XVII в.).
Здесь нужно отметить, что в нашей стране в той или иной степени сохранились 12 замков оборонительного типа. Степень сохранности половины из них — руины. Место локализациии — преимущественно запад Беларуси. Но 2 замка есть и на востоке. Это, собственно, Смолянский и Быховский.
Впрочем, построенный во втором десятилетии XVII в. по приказу князя Семёна Сангушко-Ковельского замок в Смолянах просуществовал относительно недолго. Первые разрушения ему принесла война с Москвой 1654-1667 годов, а после Северной войны 1700-1721 его значение как военной цитадели было утрачено полностью.
Восстание 1830-1831 годов привело замок к конфискации у собственников и передаче коллежскому асессору Василию Семёнову, который продал его «на кирпич».
Остановил разбор статский советник Титов, бывший по образованию инженером. В 1860-1870 годах то, что осталось от замка перешло ему в собственность и на свои же средства он произвёл консервацию сохранившейся башни и даже укрепил её основание небольшими контрфорсами.
До нас дошли руины внушительной пятиярусной башни с оконными проемами, арочным переходом, скульптурным панно на стене и следами винтовой лестницы внутри. Судить же о том, каким был замок, можно по рисунку Юзефа Пешки начала XIX века. Но так как на нем уже тоже руины, приходится включать трехмерное проектирование в собственном воображении.
Из-за близости России, с которой Речь Посполитая перманентно воевала, резиденция Сангушек включала серьезные оборонительные укрепления. Но все же они изначально строили резиденцию, поэтому замок имел черты дворца в стиле Ренессанса.
Композиция замка была близка Мирскому и, сохранись он до наших дней, мы бы получили подобный, но еще более масштабный культурный объект. Ведь если в Мире длина каждой стены составляет 75 метров, то Белый Ковель имел две стены по 100, а еще две — до 200 метров в длину.
Под замком находились разветвленные подвальные помещения. И как это заведено, у замка есть истории про привидений и протяженные подземные ходы. Согласно легенде один из них соединял замок с известным Кутеинским монастырем под Оршей.
Ассесор Семенов, а позже его сын Алексей, выполняя государственный заказ и борясь с наследием Великого Княжества не только продавали кирпичи, но нашли им и еще одно применение. В 1864 году из них была построена церковь Святого Алексея в псевдорусском стиле. Башня-звонница, молитвенный зал и трапезная — без архитектурных изысков. Но даже сейчас остов церкви хорошо просматривается из многих точек селения.
В 1678 году Смольяны получили статус местечка и пережив уже упомянутую Северную войну начали новый виток своего архитектурного развития. Рядом с деревянным костелом появляется каменный монастырь доминиканцев и храм Девы Марии.
Криволинейные очертания фасада и башен костела позволяют считать в нем черты архитектурной школы виленского барокко, имевшей наибольшее влияние именно в период постройки.
Жизненный цикл комплекса не назовешь простым. Монахов-доминиканцев после восстания 1830-1831 годов «попросили» территорию монастыря покинуть, костел стал парафильным и медленно стал увядать. В начале двадцатого века постройки прошли небольшую реконструкцию, но случилась революция, сменилась власть и … к 1932 здания передали колхозу.
Применение костелу колхоз так и не нашел, открывать в нем зернохралище или клуб, как иногда водилось, не стал. А вот в монастыре открыли МТС. Нет-нет, это не то, что вы подумали, а моторно-тракторная станция.
Но благодаря советам один архитектурный памятник Смольян дошел до нас в гораздо лучшем состоянии, чем другие. Деревянная Спасо-Преображенская церковь, в нижней подземной части каменная, была приспособлена под винный завод и, пройдя реновацию, является действующей.
Примечательно, что на сегодня это одна из немногих белорусских церквей, состоящая из двух храмов — обычного (верхнего) и криптового (нижнего).
Пламя
Еще одно место, в которое стоит заглянуть на юге Витебщены — деревня Пламя. Ее архитектурные достопримечательности немного скромнее и моложе, чем у Смольян, но сама история полна перипетий и участия в них известных людей.
В XVII–XVIII веках имение принадлежало Сапегам, а позднее, вплоть до 1918 года — Святским. В начале XIX века Карл Святский заложил здесь усадьбу «Старая Белица» в стиле позднего классицизма. Постройка напоминала феодальный замок, а на каждый кирпич была нанесена монограмма «К.С.».
Помимо усадьбы в Белице Святские владели ещё одним дворцом в Крупках. Такое обилие собственности послужило основанием для возникновения легенды о якобы найденном Святскими золоте Наполеона.
В 1903 году в Старую Белицу приезжает служить будущий классик Янка Купала.
В начале он был определен в контору — вести учет счетов и расписок, рассчитывать, кто и сколько должен пану. И с работой отлично справлялся, хоть и тратил все свободное время на литературу. Но позже его назначили младшим приказчиком и на хозяйских полях он был призван следить за работой батраков. И вот тут начал вызывать гнев эконома — оказался мягок и сочувствовал работникам, частенько зачитывал батракам своих стихи на «холопском» языке. Чему те были рады. А эконом — не очень.
В 1904 году из Белицы Иван Луцевич уезжал уже с несколькими тетрадками стихов.
После Второй мировой войны в усадебном доме находилась школа механизаторов. В 1976 она была взята под защиту и включена в «Свод памятников БССР. Витебская область». Но начавшаяся в конце восьмидесятых реконструкция здания его погубила. Строители «шабашники», нанятые тогдашним председателем колхоза желая освоить смету поспешно сняли крышу, а дальше дело не пошло. Подставленный всем стихиям корпус быстро начал разрушаться. Говорят, в начале 1990-х был еще и поджог, ведь здание в это время разбирали кто только мог — в безнадежные времена были нужны кирпичи, а кому-то двери и окна. Ну а потом замели следы.
Сейчас сохранились только часть главного фасада и восьмигранная двухъярусная башня, с отдельным входом. Башню пристроили в 1911 году и в ней находилась скульптурная мастерская владельца.
Практически в одно время с усадьбой Святские возвели современнейший по тем временам хозяйственный комплекс, благодаря которому имение стало богатейшим в округе.
Воодушевленный сельскохозяйственным опытом Западной Европы Карл открыл здесь винокурню, круподерню и технологичную сыроварню, продукцию которой под брендом «DobraBielica, K. Swiackiego» продавал за рубеж. Среди других построек — склад, амбар, спиртохранилище, коровник и конюшня.
Хозяйство существовало какое-то время даже после установления советской власти, а во Вторую мировую войну не пострадало ни одно из зданий имения.
Спиртзавод Пламени работал вплоть до 2000-х годов.
Туры
Горящие туры
Отели
Блог
